Эталоны красоты

  • Материал взят с сайта: http://live-indi.com/
  • Ирка, моя старинная знакомая (из наших, "завязавших"), девушка немного не модельных форм, ну, то есть, не модельных в наше время. 

Вот во времена Рубенса Ирка была бы эталоном красоты и изящества, а сейчас - увы. 
В мире, где модельки умирают от анорексии, Ирины формы далеко не всем кажутся красивыми.
Ира весит чуть за девяносто. Впрочем, её лишний, на взгляд любителя худышек, вес ей никогда не мешал и не приносил дискомфорта. 

Одышкой Ира не страдала, шмоточки себе покупала моднявые, а благодаря прелестной мордашке Ира всегда была такой обаятельной милашкой пышных форм.
Мальчики у Иры были. Как не было и отбоя от клиентов в то время, когда она ещё работала. 
Мужчины хотят разных, кто бы что ни говорил, и, судя по расписанию свиданий Иры, в споре "худышки/толстушки" проигравших нет.
Но это всё лирика.

Ире формы не мешали до тех пор, пока Ира не влюбилась.
Ну, как это всегда бывает - столкнулись где-то, отчего-то разговорились, потом снова столкнулись, а в итоге просидели всю ночь за бутылочкой вина в каком-то ресторане.
Захар был высокий и крупный мужчина - как раз такой, каких Ира любит. И умный к тому же, и с великолепным чувством юмора. 

Они начали встречаться и просто разговаривать. И было им легко - на секс намёка не было, как не было и намёка на что-либо, кроме приятельских отношений. 
Первое время. А потом Ира увидела в глазах Захара огонёк интереса. К ней, как к женщине. И случился в ту ночь у них секс, прямо у Захара дома.
Захар, как мужчина, Иру не впечатлил. Не те там были размеры, не та техника. И можно было бы на этом и закончить, но Ире с Захаром было тепло и хорошо.
Они всё равно продолжали встречаться и говорить обо всем.
Так совпало, что любили они одинаковые фильмы, читали одни и те же книги, вели себя одинаково в быту. 
На третьей неделе знакомства Захар предложил Ире переехать.
Ира, долго не думая, собрала вещи и перебралась к нему.

И стали они жить. Она готовила вкуснющие рогалики с корицей, кавказские кебабы с гранатовым соусом, драники на завтраки... Захар иногда дарил Ире цветы и обнимал её холодными весенними ночами. 
Их сожительство можно было бы считать идеальным, если бы не одно маленькое "но"... 

Захар к Ире никогда не приставал.
Ира поначалу и не обращала внимания, всё же, первый секс ей не понравился. Но позже её стало это откровенно тревожить. Ну как так - он же мужик, ему ж надо, мы ж вместе живем, а он не хочет...

Ира начала делать намёки в сторону секса. Захар делал вид, что намёков не слышит.
Когда Ира начинала приставать сама, он говорил, что сегодня не хочет.
Не хотел он завтра, послезавтра и через неделю. Через две он устал, и через три тоже.
На четвертой неделе любвеобильной Ирке надоел вибратор, она устроила прощальный скандал, собрала вещи и уехала к себе. 

Захар появился через два дня. Он привёз цветы, курицу гриль и две бутылки водки. 
-Поговорить надо, - сказал он со странным выражением лица, как-то побаиваясь.
Судя по количеству спиртного, разговор предстоял совсем не лёгкий.
Она готова была выслушать.
Правда открылась на середине первой бутылки.

Захар достал из рюкзака конверт и протянул его Ире.
-Что это? - спросила она. 
-Это мои бывшие девушки и две бывшие жены, - сказал он, как-то смущаясь.
-Зачем мне это? - спросила Ира, боясь открыть конверт. 
-Я не хочу тебя обидеть, - сказал Захар, - но так дальше продолжаться не может, я хочу, чтобы ты поняла...

Ира открыла конверт.
С первой карточки улыбалась маленькая и почти тщедушная десятиклассница с пепельно-русыми волосами, заплетёнными в косу.
Ира машинально поправила тёмные волнистые волосы и отправила фотографию в конец стопки.
Остальные она просмотрела быстрее.
Со всех фотографий на неё смотрел улыбающийся большой Захар, обнимающий миниатюрных светловолосых женщин. Ира была больше вдвое, иногда даже втрое, чем каждая из них. 

-Ирочка, - начал Захар, выпив залпом один, - не обижайся. Я просто не могу, понимаешь...
-Что не можешь? - спросила она, побледнев до синевы.
-Я не могу заниматься с тобой сексом, я не хочу... Ну пойми, у меня другой вкус. Дело не в том, что ты большая, нет, я просто люблю миниатюрных женщин... Ну вот такой я...
Ира тогда чуть ли не впервые ощутила себя ущербной. Столько мужчин её хотели, и вот она - трагикомедия жизни: этот, тот самый, такой нужный ей - не хотел.

Он говорил ещё много. Он говорил, что они могут жить так. Он просил её вернуться к нему, потому что им хорошо и комфортно вместе, а это - такая редкость.... просто... ну просто Ирочка может пользоваться вибраторами, если надо. Он сказал, что хотел бы её хотеть, но не может.
Ира рыдала долго. Захар обнимал её и гладил по волосам.

Как страшно женщине ощущать себя нежеланной. 

Нарыдавшись, она пошла в атаку. 
-Большая я, значит, для тебя?! Втрое больше, чем твои нимфетки?! Так ведь я и похудеть могу!
Это была настоящая истерика.
Он пытался успокоить, как мог.
-Я не требую от тебя этого, - мямлил он, - да и не сможешь ты настолько сбросить вес... Это же килограммов тридцать, как минимум, надо... Оставайся такой, тебе это даже идёт...
-Ах я не смогу?! - кричала Ира. - Я всё смогу! А вот ты, вот ты...
-Что я? Мне тоже похудеть? - спросил Захар на полном серьёзе.
-Нет! Не похудеть! Нарастить! - вспылила она.
-Что? - не понял он.
-Я то похудею, Захар! Я-то похудею! А вот у тебя как было одиннадцать см, так и останется!
И она, для усиления эффекта, показала ему весьма красноречивый жест: большим пальцем отмерила одну фалангу на своём мизинце.

Скандал был долгий и громкий. Со взаимными наездами и обидами, с хлопаньем дверями...

Через три дня Ира, взвесив свои чувства, вернулась к Захару. Они стали жить, стараясь не вспоминать всех этих откровений. Вот как не было - и всё. 
Как жить с тем, что она услышала, и как жить с тем, что она сказала - каждый решил для себя сам. Но они как-то живут.

Ира приезжала ко мне сразу после того скандала. 
Мы говорили всю ночь. Менять мужика Ира категорически отказывалась, мол, никогда и ни с кем ей не было так комфортно, как с ним.
Другого совета, кроме как попытаться похудеть, я дать не могла.
Я-то ведь прекрасно знаю, что хоть многие женщины и нравятся мужчинам такими, как есть и, возможно даже, очень большое количество мужчин любят женщин в теле, но... каждому мужику хочется, чтобы с ним на улице/в кафе/в отпуске была самка, которой каждый будет оборачиваться вслед. 
А наши стандарты ещё долго будут далекими от стандартов времён Рубенса. 

* * * * *
Через день после возвращения к нему Ира села на диету.
Вот уже почти месяц она иногда присылает мне в вотсапе фоточки своих новых завтраков, обедов и ужинов, расписанных по граммам диетологом.
Она рассказывает мне про тренера в спортзале, который гоняет её по три раза в неделю, и про массажиста, который те же три раза в неделю приводит её тело в другой вид.

Она уже делает немалые успехи, и я надеюсь, что она действительно сможет продержаться, а когда-то, спустя время, я смогу ею гордиться. А этот мужчина её захочет.
Вот только что-то подсказывает мне, что если Ирочка действительно сбросит эти злосчастные килограммы, то Захара она бросит вместе с ними.

И совсем не потому, что у него одиннадцать сэмэ, и даже не потому, что найдет лучше. Нет.

Женщина никогда не простит мужчину, который насильно заставил её меняться. 
Мужчину, который вместо того, чтобы любить её такой и говорить комплименты, даёт понять, что лишь изменившись она будет достойна этих самых комплиментов и его внимания. 
И женщина, худея, вынашивает обиду на своего мужчину. 
Она худеет, чтобы ему что-то доказать. 
И, возможно, для каких-то особенных мазохисток это прекрасная мотивация на пути к стройному и красивому телу, но для большинства - обида на всю жизнь. Желание женщины измениться должно идти изнутри, она должна хорошо понимать, зачем она это делает. Это может быть желание выглядеть моложе, желание заткнуть какую-нибудь вы*бистую даму с кубиками на животе, это может быть просто желание быть здоровой...

Глядя в зеркало на себя, потерявшую 20,30,40 килограммов, она будет счастливо улыбаться себе преображённой...
...но всегда будет таить в себе обиду на того, кто не мог любить её любой.